Варианты межславянского алфавита

Возможные к применению алфавиты и системы транслитерации.

Латиница ASCII Кириллица Греческое письмо Еврейское письмо Арабское письмо МФА
a a а α א ا [ a ]
b b б μπ ב ب [ b ]
c c ц τς צ ﭲ (تس) [ ts ]
č cz ч τζ טש چ (تش) [ tʃ ]
d d д δ ד د [ d ]
dj dj дь δι דיי (دي) دٚ [ ɟ ]
dž dzs дж δζς שזד ج [ dʒ ]
e e е ε ע ه [ ɛ ]
ě e (ie) e ( ѣ ) ε ( ιε ) (עי) ע هٚ [ jɛ ]
f f ф φ פֿ ףֿ ف [ f ]
g g г γ ג (غ) گ [ g ]
h h х χ (ה) ח ح [ x ]
i i и η י ى [ i ]
j (jer) j ь ι י ي [ j ]
j j ј ϊ יי ي [ j ]
ju ju ю ιου וי يوٚ [ jʊ ]
k k к κ ק ك [ k ]
l l л λ ל ل [ l ]
lj lj ль λι ייל (لي) لٚ [ ʎ ]
m m м μ מ م [ m ]
n n н ν נ ن [ n ]
nj nj нь νι יינ (ني) نٚ [ ɲ ]
o o о ( ω ) ο ( ω ) אָ وٛ [ ɔ ]
p p п π פ پ [ p ]
q q к κ כּ ق [ k ]
r r р ρ ר ر [ r ]
s s с σ ס س [ s ]
š sz ш σχ ש ش [ ʃ ]
šč szcz щ σχζ שטש (ششت) چش [ ʃtʃ ]
t t т τ ט ت [ t ]
th th ѳ θ תּ ث [ θ ]
tj tj ть τι טיי (يت) تٚ [ c ]
u u у ου ו وٚ [ ʊ ]
v v в β בֿ و [ v ]
w w в β בֿבֿ وو [ v ]
x x кс ( ξ ) ξ קס سك [ ks ]
y y ы υ יו ىِ [ i ]
z z з ζ ז ز [ z ]
ž zs ж ζς שז ژ [ ʒ ]

Греческая орфография основана на том, что, несмотря на длительные исторические контакты со славянами, греки не стандартизировали транслитерацию славянских имён и слов. Эта транскрипция славянских звуков построена как на средневековом, так и на современном греческом алфавитах, использованных славянским меньшинством северной Греции.

Еврейская транскрипция межславянского языка базируется на идише и ладино. Идиш - это смешанный германо-славянский еврейский язык, на котором говорят около трёх миллионов евреев Центральной и Восточной Европы, в большинстве своём евреев-ашкенази, в США, Израиле, России, на Украине и других странах. Ладино был своеобразным диалектом испанского языка, написанный еврейским письмом и до сих пор используемый всё уменьшающимся меньшинством иудео-испанцев. Еврейская транскрипция была разработана чешским лингвистом и специалистом по алфавитам г. Любором Мойдлем.

В заключении, арабская транскрипция межславянского языка базируется на боснийской арабице Османской империи, с добавлением славянских букв (согласных и гласных) к турецкой версии арабского и персидского (фарси) алфавитов. Эти дополнительные буквы превращают арабицу в настоящий алфавит, в отличие от персидско- арабской основы, в которой нет всех гласных. Арабица использовалась по большей части между XV и XIX вв. В настоящее время мусульманами предпринимаются попытки официального признания арабицы в качестве третьего алфавита для боснийского языка. Обозначенная выше транскрипция была составлена боснийским линглистом и каллиграфом г. Бояном Античем.

Очевидно, что эти экзотические варианты необходимы в первую очередь для тех, кому эти алфавиты являются привычными и для того, чтобы использовать их для написания славянских слов и славянских имён в различных системах письма.

Гаспарян, Рафаил. Иные варианты исторических алфавитов для межславянского языка

В межславянском языке используются два алфавита: латиница и кириллица. Оба алфавита имеют два уровня: стандартный и научный.

Стандартные кириллица и латиница для межславянского языка имеют следующий состав:

а б в г д е ж з и ј к л м н о п р с т у ф х ц ч ш ы ь
a b v g d e ž z i j k l m n o p r s t u f h c č š y

Этим составом обеспечиваются все потребности межславянского языка. К тому же, такой набор знаков позволяет использовать стандартные раскладки клавиатуры практически без модификаций.

Научный уровень латиницы и кириллицы потребен при необходимоcти более точного написания слов, однако, его использование оправдано, если только вы хорошо знаете правила употребления тех или иных букв. От стандартного он отличается введением бóльшего количества архаичных и иных букв, необходимых для этимологического написания тех или иных слов. Буква Å (латиница) / Ӑ (кириллица) необходима при научной записи в тех случаях, когда имеется в корне слова чередование О/А, напр.: УРОВЕНЬ, но РАВНЫЙ. Латиница и кириллица научного уровня для межславянского языка имеют следующий состав:

a å b c č ć d ď đ dž e je ę ję ě f g ǵ h i
а ӑ б ц ч ћ д дь ђ џ е є ѧ ѩ ѣ ф г ѓ х и
ji y j k ḱ l ľ/lj m n ň/ń/nj o ò,ă p r ŕ/ř s ś
ї ы ј к ќ л ль/љ м н нь/њ о ъ п р рь с сь
š šč t ť u ŭ ų jų v dz z ź ž ks ps th
ш шч т ть у ў ѫ ѭ в ѕ з зь ж ѯ ѱ ѳ

В целом, для того, чтобы писать на межславянском языке, вполне достаточно кириллицы и латиницы, однако, полезно знать и об альтернативных письменностях.

Если не рассматривать «экзотику», наподобие вариантов записи при помощи греческих, еврейских и арабских букв, то в межславянском можно использовать босанчицу и глаголицу. Босанчица была разновидностью кириллицы, которая использовалась в Боснии, Хорватии и (частью) Словении. Использовалась она при печати богослужебных книг и в деловой переписке. В стандарт Unicode® босанчица до сих пор не внесена, поэтому использование босанчицы для межславянского возможно только с использованием специального шрифта. Состав босанчицы для межславянского языка таков (с соответствиями в обычной кириллице и латинице) — для босанчицы, в силу своеобразия форм букв, приведены и прописные, и строчные формы:

bosanchica
(шрифт босанчицы Arvatica fra Divković, автор Nenad Hanči ć-Matejić)

В архаичной босанчице для записи мягких Л и Н (Љ и Њ, соответственно) использовались особые сочетания букв, которые в кириллице/латинице выглядят как ЂЛ/ĐL и ЂН/ĐN. Вероятно, подобный способ был заимствован из итальянского (GL, GN). В босанчице никогда не было буквы Ы — в таблице Ы босанчицы составлена из Ь+Ј (так как буква J в босанчице выглядит как І).

В межславянском языке могут быть две системы глаголицы. Простая глаголица полностью основана на стандартном уровне кириллицы/латиницы, с небольшими изменениями.

Состав этой глаголицы таков:

glagolica
(шрифт глаголицы NSGlagolica, автор Filip Cvitić)

*Поздняя, или хорватская, глаголица имела одну особенность, а именно использование буквы ѣ не только для ѣ, но и для я/ja (что объясняется тем, что глаголица к хорватам попала, вероятней всего, от болгар, а в болгарском языке ѣ, кроме обычного значения, служила для наддиалектной записи тех слов, где в части диалектов писалась Е, а в части диалектов – Я, напр. МЛЕКО/МЛЯКО).

Однако, имеется ещё проект всеславянской глаголицы, предназначенный для адаптации глаголицы ко всем существующим ныне славянским языкам. Подробней о проекте можно прочесть в журнале Slovjani.info No2 2018 и No1 2019.

Использование всеславянской глаголицы имеет ряд особенностей, о которых речь пойдёт далее.

Первая особенность — для полноценного использования глаголицы необходимо будет создавать особую раскладку клавиатуры, основываясь (желательно) на раскладке не латиницы, а кириллицы, а ещё лучше — на основе раскладки научной кириллицы, но с расширениями. При этом будет необходимо глифы глаголицы брать из глаголического диапазона Unicode®

Вторая особенность — знаки препинания. Здесь имеется два варианта: оставить обычные знаки препинания, либо вводить иные знаки.

Третья особенность — глаголица «не любит» комбинируемую диакритику, за исключением знака «титло». Однако, так как в славянской латинице имеются долгие гласные и согласные, то в глаголице, чтобы избежать диакритики, необходимо использовать знак ։ (в Unicode ® имеет код U+0 589 ). Само же «титло» используется только для сокращения. Общий состав всеславянской глаголицы (с соответствиями в кириллице и латинице) таков:

glagolica
(шрифт глаголицы Noto Sans Glagolitic, шрифт кириллицы/латиницы Noto Sans)

Разумеется, это не означает, что использоваться должны непременно все буквы — приведённый состав даёт только общий обзор глаголицы.

Существуют две формы глаголицы — округлая и угловатая. Общий вид их таков:


19. Из белорусской лацинки (bie łaruska łacinka).
20. Твердый знак в русском и апостроф в украинском и белорусском языках.
21. В польском языке.
22. В зависимости от контекста, может соответствовать также ШТ, ШЧ, Ћ, ШЋ в кириллице, а в латинице – ŠT, Ć. ŠĆ. SZCZ, ŚŚ


glagolica
(шрифт округлой глаголицы Shafarik, автор Александр Андреев (Ponomar Project), шрифт угловатой глаголицы Glagolica Missal DPG, автор Nenad Hanči ć-Matejić)

Ломбино, Роберто. Межславянский шрифт Брайля.

Шрифт Брайля – это система письма, используемая слепыми и людьми с проблемами со зрением, и может быть найдена в книгах, меню, знаках, кнопках в лифтах, на купюрах и т.д. Буквы в этом шрифте представляют собой прямоугольные блоки – клетки, которые содержат в себе маленькие точки. Количество и расположение этих точек позволяет отделять одни буквы от других.

К сожалению, для славянских языков существует большое количество разных вариантов шрифта. Предложенный ниже межславянский шрифт Брайля основан по большей мере на чешском и югославском шрифтах Брайля. Он содержит все звуки межславянского языка и является общим для латинского, кириллического и греческого варианта алфавита.

braille
Межславянский шрифт Брайля, спроектированный Р. Ломбино.

Лазарев, Андрей. Метафизика в грамматике межславянского языка.

Преемственность и связь межславянского и староцерковнославянского языка свидетельствует о соответствии этого просветительского и образовательного проекта концепции устойчивого развития общества, принятой ЮНЕСКО во второй половине ХХ века.

По своему масштабу проект развития межславянского языка вполне сопоставим с подвигом свв. Кирилла (Философа) и Мефодия. Но если целью славянских просветителей было создание литургической лингвосистемы, способной адекватно выражать бытие вечносущего Творца, а также – формирование соборного христианского единства на основе консолидированного сословия священнослужителей, то теперь у вспомогательного межславянского языка задача – максимально усовершенствовать средства для взаимопонимания и кооперации в сообществе, способном осуществлять эффективное сотрудничество, используя общедоступный словарный запас, родной для каждого славянина.

История развития церковнославянского языка и формирование духовного единства среди славян, принявших нравственное наследие Нового Завета, берет своё начало в крайне ограниченном круге лиц – двух солунских монахов и пяти их учеников, трудами которых созиждилась Церковь. В уподобление их деяниям, перспективой задачей межславянского проекта может стать формирование образа объединенной славянской культурной, деловой, научной и политической интеллектуальной элиты. И первый вопрос, возникающий на этом пути, – это оптимизация коммуникационных средств между её представителями.

Разумеется, этот язык будет интересен далеко не всем представителям славянства, а только его малой пассионарной части. Можно предположить, что, с точки зрения нормального распределения вероятностей, межславянский искусственный язык должен быть востребован и вызвать интерес хотя бы у 0,001% всего славянского населения, а это значит – 30 тысячам человек, которых нужно научить навыкам владения этим оптимизированным коммуникационным средством для интенсификации межславянского сотрудничества. Безусловно, эта часть славянского населения будет обладать относительным преимуществом перед остальными, не только коммуникационного, но и интеллектукльного характера.

Идея развития языка состоит в модернизации и оптимизации грамматических средств в соответствии с выбранными целями и поставленными задачами. В этом отношении любопытно сравнить достоинства грамматики церковнославянского языка и искусственного сословного и научного языка, каким был представлен квенья в Легендах Средиземья , сочиненных оксфордским профессором Д.Р. Толкиеном. Если рассматривать грамматику искусственного языка квенья , употребляемого узким кругом мудрецов, о знаниях которых непосвященные могли только догадываться, в сравнении со старославянским, обнаруживается, что они очень похожи по запасу грамматических категорий. Например, таких как афористический аорист, служащий для обозначения Истин Вечных, метафизических, а также и двойственное число.

Грамматика церковнославянского была основана на классической античной традиции: «Церковнославянская речь стала под перстами боговдохновенных ваятелей души славянской, свв. Кирилла и Мефодия, живым слепком “божественной эллинской речи”, образ и подобие которой внедрили в свое изваяние приснопамятные Просветители»[1]. Как грамматика квенья, так и грамматика церковнославянского подразумевают наличие особенной временной грамматической формы, предназначенной для описания деяний метафизических субъектов и соотносимой с идеей о Вечном безначальном и бесконечном или вообще вневременном Творце. Ценность этой формы в том, что она позволяет сохранять в грамматике высокую философию, дающую рациональное обоснование абстрактному бытию, т.е. «образует каркас всего процесса семантизации действительности, продуктом которой выступают ценностно-смысловые отношения. Посредством таких грамматических форм получают выражение глубинные механизмы познания, сложившиеся в той или иной культуре»[2]. Таким образом, грамматическая категория имеет возможность воплощать метафизику в грамматике.

Научное построение грамматической системы языка не представляется адекватным без участия философии и прямо с ней связано. Это прежде всего касается временных категорий, поскольку время является одним из основных объектов философского внимания. Для создания церковнославянского языка были заимствованы грамматические идеи из Александрийской школы; это касается системы времен и чисел, имеющих специфическое философское, метафизическое содержание. Так, временная парадигма глагола быть позволяла выражать безначальное и бесконечное или вневременное вечное бытие:[3]

biti

Подобные временные грамматические категории, наряду с формой двойственного числа, в том философском контексте, который описывал В. фон Гумбольдт, выступают в роли сигнификаторов текста метафизического характера. Гумбольдт считал ошибочным представление о двойственном числе как об ограничивающемся просто понятием числа «два» и связанным исключительно с парными объектами. Согласно его интерпретации, дв.ч. совмещает в себе природу мн. и ед. чисел: это одновременно и коллективно-единственное от числа «два», тогда как мн.ч. способно сводить множество к единству лишь в определённых случаях. Таким образом, дв.ч. выражает коллективно-единственную функцию как реализацию идеи «единства во множестве». По мнению Гумбольдта, высказанному им в одной из своих последних работ Über den Dualis , двойственное число неправильно считать роскошью или устаревшим наростом на теле языка. С философской точки зрения, двойственное число хорошо вписывается в общую соразмерность речеобразования, умножая возможные взаимосвязи слов, увеличивая масштабы воздействия языка и способствуя философским основам остроты и краткости взаимопонимания. В этом оно имеет то преимущество, которым обладает любая грамматическая форма, отличающаяся от соответствующего описательного выражения краткостью и живостью воздействия.[4]

В российской образовательной традиции особенное внимание получили методики воспитывающего обучения , когда интеллектуальное развитие обязательно сопровождается нравственным. В продолжение этой традиции привлекает внимание вопрос о способности грамматики межславянского языка создать условия для вечного существования, таких абстрактных понятий, как справедливость, милосердие, красота и т.п. Справедливости ради, надо заметить, что эти божественные добродетели свойственны далеко не всем людям. Поэтому варвары, не знакомые с бытием этих достоинств, не могут на них претендовать.

Платон называл справедливость Идеей идей , абсолютным добром, которое можно узреть только как откровение. Мудрец способен видеть справедливость, но не может довести её до обычного человека, потому что люди заняты своими бытовыми проблемами и им нужна помощь. Однако в современных славянских языках, служащих для бытового общения, не существует грамматических инструментов, способствующих выражению вечного бытия абсолютных нравственных истин. Поэтому в грамматике межславянского языка следует рассмотреть возможность сохранения соответствующих грамматических категорий, хотя бы и предназначенных для обсуждения философских концептов в самом ограниченном круге специалистов с тем, чтобы обеспечить устойчивое развитие культуры славянских народов.


  1. Иванов Вяч.И. Наш язык // Из глубины. – М., 1990. – С. 146. ↩︎

  2. Катермина В.В. Язык как способ осмысления мира // Сопоставительная и славянская филология: история, состояние, перспективы. – Воронеж, 2014. – С. 32-38. ↩︎

  3. Живов В.М., Успенский Б.А. Grammatica sub specie theologiae. Претеритные формы глагола «быти» в русском языковом сознании XVI–XVIII веков // Russian Linguistics, 1986. – V. 10. – No 3. – С. 372. ↩︎

  4. Лазарев А.И. Grammatica sub specie philosophia: вечность в философии и грамматике // Славянский вестник: история и перспективы. Материалы международной научно-практической конференции, посвященной 150- летию сборника «Славянский вестник». – Воронеж: Кварта, 2016. – С. 171-172. ↩︎